Дверь в квартиру распахнулась широко, с тем особым размахом, который не оставляет сомнений: хозяин вошёл в образ.
На пороге появился Буря эмоций — в домашнем, но торжественном виде, словно только что вышел не из ванной, а из-за кулис. Волосы ещё влажные, лицо раскрасневшееся, взгляд ясный и прицельный. Он окинул нас быстрым, почти режиссёрским взглядом и произнёс, растягивая слова, как вступление к манифесту:
— Молодые люди! Прошу в дом, на собрание.
Это звучало не как приглашение, а как объявление начала действия.
